Настроение осетинского общества

Таково в настоящее время настроение осетинского общества, долгое время не признававшего в женщине человека!

В дополнение к сказанному нами о женской школе в Осетии считаем нелишним провести содержание одного циркуляра, разосланного Ардонским отделением по осетинским селениям:

«Необходимость профессионального образования женщин,— говорится в этом циркуляре,— наряду с обучением их грамоте, уже давно осознано в России, где существует обширная сеть профессиональных школ различных отраслей, женского труда. Признавая несомненную пользу такого образования, Ардонское отделение ученого совета задалось целью распространить профессиональное женское образование в наиболее населенных пунктах Северной Осетии, признав средством к осуществлению своих задач в этом направлении ткацко-рукодельные отделения при существующих женских школах и считая их самыми подходящими.

В ряду женских руководителей на первом месте должна быть поставлена выделка сукна. С помощью станка ткацкого культура осетинского сукна, столь распространенного в житейском быту, благодаря своему изяществу и прочности, и в то же время приготовляемого самым примитивным способом с значительною затратою времени, может быть улучшена, а само производство пойдет быстрее, выигрывая 9/10 времени, теперь употребляемого на то же дело.

Но рядом, с этим существует богатое разнообразие видов шелковых рукоделий, служащих украшением домашнего обихода осетин. Между ними есть вещи, достойные общего внимания по своей оригинальности и художественности. Уметь хорошо работать считается доселе в народе признаком хорошего воспитания для девицы. В соображениях чисто экономических и нравственных школа не может не оказать в данном случае своего доброго влияния: она должна посодействовать тому, чтобы столь важное занятие, как рукоделие, не было достоянием только некоторых, а по возможности большинства.

Полная успешность

Кажется, через 6 лет лучших занятий, т. е. при полной успешности, ученику не особенно-то идет поступать в прогимназию, а тем более в низшие классы, первый или второй. Единственно разумной целью, ближайшей для наших школ, может быть внесение в массу инородческого населения здравых понятий науки и религии, или, что то же, понятие нравственного и умственного уровня инородцев чрез посредство выпускаемых школами детей. Школы должны приготовлять учителей народа; они должны крепко помнить, что их назначение — вовсе не то же, какое приготовительного или низших классов средне-учебных заведений; не должны они думать также о приготовлении детей к каким-либо должностям, которые только повели бы к выходу детей из народной среды.

Из указанной цели легко определяются частные требования относительно внутреннего устройства школ и внешнего их положения среди инородческого населения. Эти требования — можно формулировать, применительно к системе Ильмин — ского, следующим образом. Основные дидактические требования: языком обучения непременно должен быть родной язык; занятия в школе начинаются не с ознакомления детей с разговорным русским языком; также не с наглядного обучения, но прямо с элементарного курса наук. Детей знакомят прежде всего с родной грамотой — учат их читать и писать по звуковому способу; при помощи книжки или без книжки преподают им элементы Закона Божия, в связи с краткими, избранными рассказами из священной истории ; в то же время учат их исчислению и знакомят с родиною и, наконец, сообщают им уменье чертить несколько фигур.

Начальные училища

Это течение отчасти отразилось на «правилах о начальных училищах для инородцев», изданных 1-го ноября 1907 г. По ним русский язык вводится в обращение только в последние годы начального обучения, а закон Божий должен преподаваться исключительно на родном языке детей.

Вот тут мы и становимся пред трудно разрешимой задачей, где найти подходящих учителей для горских мусульманских школ?

В январе прошлого года высшими властями разрешено было принимать в ставропольскую учительскую семинарию горцев — магометан. Нет слов, это хороший почин, но надо сказать, что семинария эта в состоянии будет выпускать в год не более 2-3 учителей-мусульман, т. к. ей приходится обслуживать гро — м;адный район. Этого далеко не достаточно… Необходимо своевременно озаботиться подысканием еще выходов из затруднения, чтобы великое дело всеобщего обучения не застало нас врасплох…

Мне кажется, что, кроме названной учительской семинарии, необходимо допустить магометан-горцев и в духовные семинарии Северного Кавказа для прохождения в них курса 4-х общеобразовательных классов. Кроме того, по-моему, необходимо в одном из городов Северного Кавказа открыть учительские годичные курсы для подготовки к учительской деятельности лиц, кончающих курс разных низших училищ…

Но и учительская, и духовная семинарии, а также и курсы дадут магометанам-горцам «своих» учителей только в будущем, между тем, надо ожидать, что хотя бы по 5—10 человек на каждую народность может потребоваться и раньше. В этом случае представляется единственный выход: допустить временно готовых людей и из других национальностей, хотя бы немного знающих нужные языки.

Просвещение в народ

Известно, что просвещение в народ лучше и легче проникает через людей из его же среды. Это особенно следует сказать о просвещении народа, вновь покоренного. Так смотрели на дело первые русские деятели между горцами 50 — 60 гг. С 1870 г. учившихся горцев уже не старались удерживать между своими, напротив, косвенно и прямо побуждали оставлять родину и своих. Теперь масса горцев, получившйх образование в средних и высших учебных заведениях, разбросаны по Закавказью, закаспийским областям внутренней России. А когда их, еще малых детей, учили русские учителя, им твердили: «Вы должны пронести свои знания в среду ваших сородичей», т. е. их выставляли проводниками русского просвещения и русской культуры. Теперь горцы убедились, что образованные сородичи умерли для них. Армяне и даже грузины с высшим образованием между своими находят дело и помимо правительственного назначения: в своих учебных заведениях, банках, торговых конторах и разных товариществах, в редакциях журналов и газет, наконец, сами создают дела, благодаря поддержке правительства, льготам и приобретенным капиталам. Короче сказать, постановка школьного дела среди 1,5 млн. горского населения и отношение местного начальства к учившимся горцам не вели и не ведут к обрусению и даже к прочному дружескому соседству.

…Теперь скажем слова два насчет школ. Увы! Моздок беден не только школами, но и желанием иметь их. Существует здесь двухклассное народное училище да духовное четырехклассное; в недавнее время открыта еще армянская приходская школа, — и только, при населении, равном и даже превосходящем население Кутаиса. В прошлом году моздокцы заявили было официально о желании открыть у себя начальную женскую школу. Мои сограждане временно отдались духу свободомыслия, но потом одумались, убоявшись силы вражьей, и о школе пока еще ни гу-гу… До сих пор школа еще не открыта, хотя один почетный гражданин в самом начале изъявил согласие жертвовать в пользу ее 600 рублей ежегодно в звание почетного блюстителя. Тем не менее, официально известно, что школа объявлена открытой еще в марте, почему с 19 числа этого месяца назначена сюда из Харькова и начальница школы, как объявлено в «Правительственных распоряжениях», напечатанных в 47 № «Кавказа». Цоворили, что школу откроют непременно 1 мая. Проходит и май, а школы все нет, и дело о ней в таком положении, что нельзя сказать наверно, будет ли она даже открыта когда-нибудь. Сила в том, что господствующая часть населения не особенно желает ее.

Обезличивание инородцев

Ну, спрашивается, для кого и для чего нужно подобное обезличивание инородцев? Говорят, для скорейшего обрусения их, для приобщения их к русской гражданственности. Но едва, ли инородцы, искалеченные с потерею родного языка, составят здоровый элемент в организме русского государства. По нашему глубокому убеждению, цель обрусения инородцев может быть достигнута более рациональным путем, именно предоставлением им свободы в изучении родного языка; дайте им возможность развиться на своей почве, и тогда они сами постепенно войдут в организм государства. Уничтожить язык инородцев не для чего. Цивилизация может объединить воедино и говорящих на разных языках. Не надо же способствовать уничтожению инородцев и после принимать меры к их оживлению. Для того, чтобы привить им гражданственность, их надо образовать, а для образования их вовсе не надо изгонять из школ их родной язык; напротив, «учебные и вообще образовательные книги для инородцев должны быть изложены и преподаны на их родном языке в подлинно чистом его виде.» .

Переживаемый момент требует напряжения всех интеллектуальных сил и способностей на пользу народа, до сих пор забитого, бесправного и подъяремного,, темного, коснеющего еще в невежестве, в тысячах суеверий и предрассудков и во всем обездоленного. Школа — это, кажется, единственный рычаг, единственное орудие, еще сильное что-нибудь сделать для поднятия самосознания как основания всякой деятельности и самодеятельности, как основания всякого движения вперед к свету и знанию, а отсюда и к счастью. Если так можно сказать вообще, то об осетинах, об нашем маленьком народце, это нужно и даже должно сказать в особенности.

На протяжении целых десятков лет наш народ питался из мутного источника церковной школы, утоляя свою жажду этим незавидным суррогатом духовного питья. Наши братья просили хлеба — им бросили камень, и они сосали этот камень, как будто бы в нем были какие-нибудь соки. Наши братья среди окружающего мрака жаждали света; они ощущали этот свет в темных очертаниях предметов; им дали горящий, но ослепляющий своим едким дымом факел. Теперь факел этот погас, а кругом воцарился еще больший мрак.